Главная
|
![](images/lhead12.gif) |
![](articles/103lesy.jpg) |
Contra spem spero
К 130-летию со дня рождения Леси Украинки
|
Судьба классиков украинской поэзии во многом противоположна судьбе русских поэтов. В России каждый большой поэт почти автоматически считается духовным вождем революционного движения, выразителем его интересов, его рупором. Даже, когда сам поэт про революцию и не думал. На Украине – наоборот. Практически все наши великие поэты, начиная с Шевченко – самоотверженные революционеры. В то же время, среди них нет ни одного, кого бы не пытались бы сегодня перекроить на свой лад, превратить в удобненьких "народных", вышываных, калиновых, соловьиных и.т.п. полудурков, которые якобы только что и мечтали скорее отдать Украину на растерзание буржуазии и Международному Валютному Фонду. После этого Тарас Шевченко если и отличается чем-то от Ивана Драча, то только тем, что Тарас за свою любовь к Украине был отдан в солдаты, а Иван Федорович получал от Советской власти огромные гонорары и премии, но на эти мелочи предлагается внимание не обращать.
Лесю Украинку, естественно, тоже не минула горькая судьба. Последние десять лет даже "Лесную песню", и ту тяжело услышать по радио, или увидеть по телевизору. Ведь вся драма – это приговор официально господствующему ныне моральному жлобству, когда материальный достаток, богатство является единственной достойной целью жизни человека, ради которой можно плюнуть на любовь, на совесть, на красоту. Зато по радио по несколько раз в год транслируют "Боярыню", тем самым представляя Лесю Украинку только что не националисткой.
В действительности же ее жизнь – впечатляющий пример служения революции. С одной стороны, биография этой поэтессы – сплошной парадокс: дворянское происхождение и революционный способ мышления; Она не окончила ни одного учебного заведения, но принадлежала к самым образованным людям своего времени; физическая инвалидность (туберкулез костей) и жизнь, наполненная неутомимым трудом и бескомпромиссной борьбой.
С другой стороны – это парадокс эпохи, а не отдельной биографии.
Уже первый известный нам стих Ларисы Косач (настоящее имя Леси Украинки) "Надежда", написанный в девятилетнем возрасте, посвящен тетке Елене, сестре отца, которая, как член "народной Воли", в то время была сослана в Сибирь. Погибла в тюрьме на сибирской речке Каре мать Лестной подруги Мария Ковалевская. Про нее – написан в 1895 году стих "Мать-невольница". Это была эпоха, когда революционная борьба "Народной Воли" уже почти погасла, а новая волна революции еще не подошла. Старые бойцы гибли в тюрьмах и в ссылке, новые еще не выросли.
Ржавели старые мечи, а новых
Еще не выковали молодые руки;
Бойцы ушли со света, а живые
Не боевой учили нас науке
Реакция торжествовала победу. Да и многие из вчерашних революционеров в одно мгновение стали патриотами и либералами, носящихся с мечтами о том, что мирное развитие капитализма непременно приведет Украину к процветанию. Леся Украинка безжалостно издевается над этими дурацкими байками.
Конечно, для нее то время также выдалось нелегким. Найти идейную точку опоры в условиях "разброда и шатаний" было не так уж и легко. Леся украинка тесно сотрудничает с Иваном Франко, помогая ему издавать радикальную прессу. Но этого ей мало. С конца 90-х годов поэтесса имеет тесные связи с социал-демократическими организациями. Значительную роль в этом сыграло ее знакомство с С.К. Мержинским – одним из организаторов I съезда РСДРП. В это время Леся Украинка переводит произведения научного социализма (поэтесса свободно владела добрым десятком языков), выполняет другую работу для киевской марксисткой группы "Рабочее дело".
Но главной работой была поэзия. Характерно, что организационный комитет по созыву II съезда РСДРП в своей листовке использовал строчки из Лесиного стиха:
Лязгнет клинок о железо кандалов
Эхо пойдет по твердыням тиранов
Вырастет боем сотен мечей
Звуком иных, не тюремных, речей
Некоторое время Леся Украинка писала для петербургского журнала "Жизнь", в котором печатались Ленин и Горький. Но после публикации горьковской "Песни о Буревестнике" это издание было закрыто. Леся Украинка поддерживает связь с киевскими агентами "Искры", про что свидетельствует заведенное на нее в департаменте полиции дело.
На события 1905 года поэтесса откликается драматическими произведениями "Осенняя сказка" и "В катакомбах". В этих произведениях рассказывается о давних временах, разных временах, но поэтесса решает вполне актуальные задачи. В "Осенней сказке" легко угадывается проблема перехода от старых форм революционной борьбы к новым. На смену "благородным рыцарям (народовольцам), усталых" от неравной борьбы с тиранами, приходят организованные массы рабочих, которые под руководством своего же товарища – "Строящего", штурмуют ледяную скалу, вырываясь из "болота и крови". Поэтесса знает, что победа в этой борьбе наступит не завтра, но она уверена, что она обязательно наступит.
Тема пьесы "В катакомбах" – история первоначального христианства. Раб ищет освобождения. Это стремление приводит его в катакомбы, где тайно собираются христиане, слушающие проповеди своего епископа. Но тот обещает лучшую долю только на том самом свете. А пока призывает "покорно все терпеть", ведь власть – "от бога". Раб-неофит разочарован. Он искал правду на земле, А нашел "слова пустые с напрасною мечтой о царствии небесном". И несостоявшийся неофит выбирает другой путь – направляется в лагерь восставших рабов.
Было бы сложно даже просто перечислить темы, на которые писала Леся. Но всякий раз ее произведения – это призыв к борьбе. Она призывала к борьбе даже тогда, когда все вокруг уже смирились с поражением.
Contra spem spero – без надежды надеюсь, – это можно читать девизом всего творчества Леси Украинки. И это не та бессмысленная "надежда" (Кучма тоже говорит, что "все буде добре"), которую вбивают нам в голову сегодняшние хозяева жизни, уничтожая в это же самое время не только народное хозяйство, но и сам народ. Это отчаяный крик бойца, сознательно встречающего трудности борьбы, но готового идти до конца:
Я на гору крутую кременную
Тяжелый камень буду поднимать
И поворачивая тяжесть неземную
Надежды песню стану запевать
|
|
|
|
|